Белоснежка [litres] - Канаэ Минато

class="p1">Родители ее сказали, что от воспаления легких, но я думаю, что это Титосэ ее убила. Она часто навещала Савако, когда та слегла. Каждый раз приносила еду в многоярусной коробке[49]. Я от матери Савако слышала: у дочки обычно совсем аппетита не было, а вот еду госпожи Титосэ она ела с удовольствием и приговаривала: «Как вкусно!»

Но я думаю, из-за этой еды Савако и умерла.

Если человек ест, он должен идти на поправку. А Савако страшно исхудала и умерла. Титосэ ее отравила, точно.

Доказательством стало то, что на похоронах Савако Титосэ не плакала. Мало того, на обратном пути она, увидев бродячую собаку, сказала: «Какая у нее забавная морда!» – и рассмеялась. Что в собачей морде может быть забавного?! Просто отговорка – хотела скрыть свое веселье, не иначе.

Титосэ этого не показывала, но я знаю: внутри нее жил демон.

Эту историю я храню в сердце уже несколько десятков лет. Понимаю, нельзя плохо говорить о мертвых, но, раз уж ее правнучка совершила то же самое, я решила: надо рассказать эту историю тому, кто сможет ее правильно понять.

Невестка, может быть, заявила вам, что я из ума выжила и могу наговорить всякой ерунды, но я еще в своем уме. Так что, пожалуйста, напишите о том, что я вам рассказала.

Сацуки Сироно и Кодзабуро Сироно

– Хочешь, чтобы мы тебе «немного времени уделили»?

Это ведь ты всем в городе рассказываешь, что наша дочь – убийца? Что? «Говорил только с восемью людьми»? С ума сойти. Ты, что, реально такой тупой? Не знаешь, что такое «цепная реакция»? Для тебя это может быть всего восемь человек, но эти восемь расскажут другим восьми. Какая разница вообще, восемь там или не восемь.

Ты, видимо, ходил в дом к госпоже Мацуде? Она ж ходячий репродуктор, наверняка сейчас старательно разносит по городу, что Мики – убийца. И что прикажешь теперь с этим делать?

Что? «Вина тех, кто распространяет слухи»? Не твоя, значит? Ага, рассказывай. Вот так вы, СМИ, уничтожаете невинных людей. Значит, и за вранье, которое ты написал в еженедельнике, тоже ответственности не несешь? Вот он – «Сюкан Тайё»! Не знаю, кто именно, но кто-то из сердобольных соседей положил нам выпуск в почтовый ящик. Даже закладку в нужное место вклеил.

«Просто брал интервью, а потом объединил их»? То есть ты хочешь сказать, что люди из компании Мики действительно говорили такие ужасные вещи? Тогда скажи, кто это был, – в суд на них за клевету подам.

«Нельзя раскрывать источники информации»? Это еще почему? А вот как, «обязаны защищать информантов»? Значит, можно насочинять с три короба и ничего за это не будет? Тогда понятно, почему они наговорили всякого – не важно, было это на самом деле или не было. Это же очень приятное занятие – языком чесать.

А журнал ваш не проверяет, вранье это или нет, просто печатает и распространяет это фуфло по всей стране – какой, однако, удобный бизнес! Знаешь, раз ты так упорствуешь, я сама пойду в «Хинодэ Кэсёхин» и выясню, кто там давал интервью. Покажу им «Сюкан Тайё» и спрошу – действительно ли они говорили все это слово в слово.

«Дикий кабан из леса Сигурэдани»! Интересно, с каким лицом взрослый человек мог такое сказать!

«По условиям публикации иногда производится редактирование и замена слов»? Разве это не называется фальсификацией? Ну давай, что молчишь? «Не можем раскрыть источники», «можем заменять слова» – если такие методы допустимы, то и я могу статьи пачками писать.

Завтра же пойду в «Хинодэ Кэсёхин», все как следует проверю и обнародую, откуда именно берется информация для статей в еженедельниках.

«Лучше этого не делать»? Это почему же?

«Имя вашей дочери не называли»? Хочешь сказать, если я туда пойду, по всей компании разойдется, что «госпожа S» – это Мики… Как у тебя только язык поворачивается!

Тогда чего ты сейчас к нам пришел? «Госпожа S» – это же не Мики, верно? Значит, делать тебе у нас нечего.

«Не говорил и того, что это не Мики»?

Думаешь, такими формулировочками можешь уйти от ответственности? Ведь это после статьи в «Сюкан Тайё» в интернете стали называть имя – Мики Сироно. Разве не ваш журнал виноват? Как собираетесь отвечать за это?

К тебе «это тоже не имеет отношения»? Знаешь, даже если записи анонимные, когда дело касается преступления, полиция находит тех, кто их сделал. Можешь со стопроцентной уверенностью сказать, что это не твоих рук дело?

Ого, можешь это «категорически утверждать»?! Ну да, ты, наверное, хорошо знаешь такие вещи. Сидишь себе в безопасном месте и направляешь любопытствующих придурков туда, куда тебе нужно. А что, если человек, который написал имя Мики, скажет, что прочитал «Сюкан Тайё», догадался, что это она, и потому написал?

Это, значит, тоже «вина только самого этого человека»? Сам ты, значит, ни в чем не виноват? Хорошо, раз настаиваешь на этом, я подам заявление в полицию. Давай прямо сейчас вместе пойдем туда. Если выяснится, что ты действительно ни в чем не виноват, я отступлюсь.

«Подавайте в суд на издательство»? Статью, значит, написал ты, но ответственность на главном редакторе «Сюкан Тайё», потому что он разрешил публикацию? Тогда назови имя главного редактора.

«Это не личная ответственность, а ответственность компании, поэтому этим будут заниматься юристы компании»? Значит, тебе самому тут делать нечего.

«Где сейчас Мики?»… После всего этого у тебя хватает наглости задавать такие вопросы! Даже если б знала, тебе бы я точно не сказала.

Живо убирайся отсюда! Вон! Убирайся, убирайся, я тебе говорю!

– Стой! Сацуки, опусти метлу!

Пойми, если мы нагрубим господину журналисту, это приведет только к тому, что о Мики напишут еще хуже. Господин журналист вовсе не пытается выставить Мики преступницей. Просто люди, которых он опрашивал, говорили вещи, невыгодные для Мики. Поэтому такая статья и получилась. Я примерно догадываюсь, что тебе наговорили в супермаркете, но зачем на господина журналиста набрасываться-то?

Лучше мы нормально поговорим, и тогда он наверняка напишет статью, которая развеет это недопонимание.

Ведь так?

Вот видишь, господин журналист кивает. Успокойся немного.

Прошу прощения за непозволительную грубость моей жены. Дом у нас небольшой, но, прошу вас, проходите.

Извините, что угощаем только чаем. Пожалуйста, пейте, пока горячий.

Прежде всего хотелось бы прояснить, правильно ли я понимаю: на данном этапе Мики не признана подозреваемой в убийстве, а всего лишь предполагается, что такая возможность существует, верно?

«Нигде в статье такие слова не использовались». Да, согласен. Однако